Обычно первая встреча посвящена обсуждению проблемы клиента, которая привела его на консультацию. Как правило, еще до первой встречи клиент уже что-то пробовал самостоятельно. На первой встрече я рассказываю, как вижу решение вопроса и какие шаги потребуются. После первой встречи я могу направить литературу по обсуждаемой теме, контакты коллег (если выяснилось, что нужен другой специалист) или мы можем договориться о совместной работе.

Что происходит дальше? После первой встречи я обычно предлагаю взять несколько дней на рефлексию, чтобы осознать то, что мы обсуждали, и решить, что клиент хочет делать дальше:

• решать свой вопрос самостоятельно
• разобраться в вопросе глубже и договориться о краткосрочной работе (обычно это 2–3 месяца)
• настроиться на долгосрочный формат работы до того момента, когда вопрос будет решен (от 6 месяцев и более)

Во всех случаях, если мы продолжаем совместную работу, нужно ориентироваться на еженедельные встречи.

Здесь все зависит от самого запроса, текущей ситуации относительно желаемого результата и внутреннего ресурса на изменения. Если человек приходит в кризисном состоянии, то сначала мы работаем над стабилизацией состояния и восстановлением ресурсов и только после этого переходим к работе над изменениями. Иногда хватает 10–15 встреч, иногда — больше 50. По моему опыту, за 20–30 встреч практически все клиенты замечают, что в их жизни произошли качественные изменения: они стали иначе реагировать на привычные ситуации или поступать по-другому.

Психология — это моя вторая профессия, поэтому, когда я выбирала метод, я перепробовала на себе (в качестве клиента) подходы практически всех основных школ. Выбирая метод, я ориентировалась на то, что мне нравится и что у меня хорошо получается.

В коучинге мне нравятся недирективность и ориентация на сильные стороны клиента.

В когнитивно-поведенческой терапии - структура и научная обоснованность (огромное количество исследований, которые описывают различные аспекты терапии и позволяют воспроизводить положительные результаты).

В схема-терапии - структура и эмоционально ориентированные техники, которые позволяют менять глубинные убеждения в ситуациях, когда человек говорит: «Да, я всё понимаю, но чувствую по-другому». В результате человек может сказать: «Теперь я не только на когнитивном уровне понимаю, что это так, но и чувствую это на эмоциональном и телесном уровнях. Всё внутри стало согласованным и сонастроенным».

У меня есть темы, с которыми я работаю чаще всего и в них я хорошо разбираюсь (тревожные расстройства, депрессия, гдперответственность и перфекционизм, одиночество, сложности в принятии решений, хроническая рабочая нагрузка, внезапные потери и процесс горевания и др). Я не работаю с ПРЛ, БАР, РПП, шизофренией, химическими зависимостями, тяжелыми формами ПТСР и не оказываю экстренную психологическую помощь. Для этих случаев я бы рекомендовала обращаться к моим коллегам в профильных медицинских и психологических центрах, так как часто для результата требуется слаженная работа нескольких специалистов небольшом отрезке времени, что достаточно сложно в формате индивидуального консультирования вне стен учреждения.

В работе с клиентами есть своя специфика и особенности, которые важно учитывать при определённых запросах. Чаще всего приходится принимать во внимание большое количество факторов: хроническое напряжение, повышенную ответственность за принимаемые решения, профессиональные и личностные конфликты, групповую динамику в коллективе, постоянное нахождение в ситуации неопределённости и эмоциональное истощение.
Всё это требует не только понимания контекста, но и осознания ограничений, которые вряд ли получится изменить.

При выборе помогающего специалиста стоит ориентироваться на образование (основное и дополнительное — в конкретных терапевтических методах), количество часов личной терапии и супервизии, специализацию и ваше личное впечатление.

Я не верю в специалистов, которые работают со всеми запросами. Всегда есть специализация и темы, в которых специалист разбирается лучше, к которым у него больше профессионального интереса и в которых больше экспертизы.

Вам должно быть комфортно в работе со специалистом. Это в том числе может влиять на эффективность и продолжительность терапии.

Важной частью эффективной психотерапевтической работы является безопасный контакт. Одна из его составляющих - это конфиденциальность. Поэтому в публичном пространстве я не делюсь результатами работы с клиентами. Исключение составляют случаи, когда клиент сам решает поделиться своим опытом (но даже в этом случае я не размещаю его отзыв на своей странице).

Для меня одним из важных показателей качества моей работы является то, что многие клиенты, которые изначально приходят на несколько консультаций для решения конкретного вопроса, остаются в долгосрочной терапии с более масштабными терапевтическими целями, поскольку видят в этом ценность для своей жизни. Со своей стороны, мне тоже важно понимать, что я умею вести сложную долгосрочную терапевтическую работу, поскольку она требует от терапевта другого набора профессиональных навыков.

Оба формата терапии эффективны, но имеют свои особенности.

В дистанционном формате преимуществами могут быть более широкий выбор специалистов (их образование, опыт работы с вашим запросом) и возможность проводить встречи из удобного для вас места.

Очный формат имеет другие преимущества - непосредственный контакт и возможность находиться в отдельном, защищённом от посторонних пространстве. Иногда дома сложно найти помещение, где можно быть уверенным, что вас никто не подслушивает и не прерывает во время встречи.

При выборе формата я бы ориентировалась на ваши обстоятельства, предпочтения и профессиональную подготовку психолога. Важно, чтобы специалист был компетентен именно в том формате, в котором работает, так же как и в методе психотерапии, который практикует.